Где-то с год назад мне на глаза попалась фраза «интеллектуальное иждивенчество»[1]. Я некоторое время ходил и думал, что же это такое. Любищев[2] [3] считал интеллектуальными иждивенцами молодых научных сотрудников, когда последние слишком много сил и времени посвящали чтению, а не научному поиску, то есть работе с собственными идеями. Об этом же, но в иной форме говорил Тимофеев-Ресовский[4]. Тем не менее мне кажется, что интеллектуальное иждивенчество, то есть жизнь за счёт чьих-то ещё интеллектуальных результатов на определённом этапе жизни каждого человека — нормально.
В школе — это единственный способ чему-то научиться. На новом месте работы или при введении в профессию — это считается нормой. Когда мы изучаем что-то в новой для нас области — это единственный способ не сделать дорогих ошибок. Но не следует заниматься иждивенчеством (интеллектуальным паразитизмом), когда уже имеется какой-то опыт в предметной области.
Когда человек приобрёл «базовые» знания, достаточные для того, чтобы действовать в новых условиях со знанием дела, то «пора заканчивать изучать» и пора начинать думать своей головой — и лишь тогда, когда столкнулся с проблемой, решение которой не можешь найти, обращаться к книге.
Мне очень нравятся примеры из двух художественных книг:
-
«Марсианин».
-
«Проект “Аве Мария”».
В обоих случаях главные герои-биологи, казалось бы, попали в невозможные для выживания условия, и оба, выражаясь словами из «Марсианина», scienced their way out of it — то есть, придумали САМИ, как им выжить и выбраться из «невозможной» ситуации.
Так вот, моя мысль заключается в том, что если обладаешь базовыми компетенциями, но при этом продолжаешь надеяться, что кто-то подарит решение, то страдаешь формой интеллектуального паразитизма, иждивенчества.
А что, разве было как-то иначе?
Нет, не было… к сожалению, но я стараюсь и учить в школе, и действовать самостоятельно так, чтобы следовать собственному пути — да, с опорой на кого-то, но своим. Возвращаясь к Любищеву и Тимофееву-Ресовскому, которые вдохновили меня на использование термина «иждивенчество/паразитизм», хочу привести пару их мыслей, которые я «честно» тиснул, изучая их методики интеллектуальной продуктивности.
В противовес следованию чужим мыслям оба учёных предпочитали собственный научный поиск. Они не любили «грязные» эксперименты, мутные и непонятные исследования, но это не значит, что они сами не становились жертвами провальных экспериментов и не выводили откровенно «хреновые» теории. Но…
При этом они учили своих студентов думать своей головой, а не «погружаться» в чужие тексты в ущерб собственным мыслям.
[!quote] Материалы в помощь начинающим научным работникам
… слишком подробное ознакомление с литературой до исследования действует угнетающим образом на самостоятельность исследователя[5] …
Александр Александрович часто делился со своими студентами советом известного советского гистолога А. С. Догеля[6], который советовал не читать литературу вовсе, а изучить материал, с которым работаешь, и уже потом знакомиться с литературой. Это отличный способ сохранить «свежесть» взгляда.
Сначала попробовать, а потом изучить я практиковал когда-то давно, в прошлой жизни, когда я работал «большим начальником». При найме новых сотрудников, моя позиция была следующей — СРАЗУ после оформления выводить на объект работать под присмотром более опытного, и только через две недели отправлять в учебный центр. Как раз для того, чтобы новый сотрудник «понюхал», как оно бывает в «боевых» условиях, и принял решение: оставаться в компании дальше или нет.
Я пробовал и обратный способ введения в профессию нового сотрудника, но цифры говорят, что если сначала в боевые условия, а потом в учебные, то текучка кадров ниже на 12%.
Другой советский учёный И. П. Павлов[7] считал, что исследователь не должен превращаться в «архивариуса фактов» — вместо этого он должен пытаться «проникнуть в тайну возникновения» этих фактов. Проникнуть своей головой.
Значительно более радикального взгляда придерживался Н. В. Тимофеев-Ресовский, который терпеть не мог того, что исследователи опираются на чужие авторитеты, вместо того чтобы, как он говорил, «думать своим ходом».
Главный принцип, который он «вбивал» в голову своим студентам, был следующим: «нужно не только много читать, но и много думать, читая».
У меня в книге «Зубр» выделен и сохранён фрагмент, которым я как-то уже делился в нашем чатике, — там Николай Владимирович в момент, когда один из его студентов предложил «добавить» ссылок в их свежую работу для «авторитетности», взорвался:
[!quote] Зубр
Да разве мы с тобой не сами, не своим ходом шли, чего мы будем сажать себе кого-то на шею[8]?..
Тимофеев-Ресовский терпеть не мог цитировать тех, кто «больше всех строчил по этому вопросу и ничего в нём не понимает». Зубр настаивал, что учёный должен САМ конструировать понимание проблемы, а не ждать готовых ответов:
[!quote] Зубр
Вы получаете факты, вы получаете феноменологию. Механизм — продукт ваших мыслей[8:1].
ВСЕ учёные и мыслители, которых я изучаю последний год, говорят об одном и том же: стремление «впихнуть в себя» как можно больше текста создаёт интеллектуальный балласт — то есть по факту вместо того, чтобы думать, происходит «пережёвывание “протухших” фактов и мнений». Та самая форма интеллектуального иждивенчества, с которой я начал.
Я не знаю откуда она прилетела, может приснилась, может прочитал, но она каким-то образом закрепилась у меня в сознании. ↩︎
Я как раз в том время изучал систему логирования Любищева и биографию Тимофеева-Ресовского ↩︎
Александр Александрович Любищев (1890–1972) — советский биолог, энтомолог и философ. Специализировался на систематике жуков-листоедов, разрабатывал математические методы в биологии и теорию эволюции. Широко известен своей уникальной системой учёта времени, которую вёл на протяжении 56 лет и которую сегодня считают одним из первых примеров осознанного тайм-менеджмента. Герой повести Даниила Гранина «Эта странная жизнь» (1974). ↩︎
Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский (1900–1981) — советский биолог и генетик, один из основоположников радиационной и популяционной генетики, создатель учения о микроэволюции. Прошёл через арест, лагерь и работу в «шарашке»; был реабилитирован лишь в 1955 году. Прославился как блестящий педагог и мыслитель, вокруг которого десятилетиями собирались биологи, физики и философы. Герой документального романа Даниила Гранина «Зубр» (1987). ↩︎
Любищев А. А. Материалы в помощь начинающим научным работникам: учебное пособие к спецкурсу / А. А. Любищев, под ред. Л. Л. Каталимов, Ульяновск: УГПИ им. И. Н. Ульянова, 1991. ↩︎
Александр Станиславович Догель (1852–1922) — русский гистолог и эмбриолог, один из основоположников нейрогистологии. Профессор Петербургского университета, член-корреспондент Петербургской Академии наук. Изучал гистологию нервной системы и органов чувств, описал многочисленные типы нервных клеток и концевых нервных аппаратов. Основал журнал «Русский архив анатомии, гистологии и эмбриологии». ↩︎
Иван Петрович Павлов (1849–1936) — русский физиолог, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине (1904). Известен прежде всего открытием условных рефлексов и разработкой учения о высшей нервной деятельности. Считал главной задачей учёного не накопление фактов, а проникновение в механизмы и причины явлений. ↩︎
